С горя Влад решил помыться

Срыв у Ксюши

Голодать за деньги


78 день

Игорь Стадник
«Журнал», № 106, 10.02.2004

На телеканале ТНТ подходит к концу 100-дневное реалити-шоу «Голод». 12 молодых людей с завязанными глазами вывезли в некую заграничную столицу (оказавшуюся Берлином) и предложили самим зарабатывать на пропитание, причем выходить из дома на заработки могут не больше двух человек за раз. Победитель получит 1000 долларов в месяц пожизненно, деньги будут выплачиваться со специального банковского депозита (около 200 тыс. долларов). Шоу удалось — рейтинг в момент показа «Голода» достигает 11%, у многих почитателей программы появилась ежедневная привычка смотреть именно этот канал, что особенно важно для телекомпании, стремящейся подняться в верхнюю часть турнирной… пардон, рейтинговой таблицы. В еженедельных пятничных SMS-голосованиях телезрителей приходит по 40 тысяч голосов — если учесть, что отправка одного голоса стоит 99 центов (без НДС), цифра немалая. Сайт «Голода» (www.golodtnt.ru) вошел в «большую двадцатку «Рамблера», опередив такие порталы, как сам Rambler.ru, Rbc.ru, Lenta.ru, Mail.ru.

Дуэль в Берлине

То, что шоу проходит именно в Берлине, — почти случайность. Переговоры с партнерами на местах шли в нескольких странах (критерии — большой красивый город, приемлемая цена постройки павильона, опыт создания реалити-шоу). Лучшие условия предложила немецкая компания Cine+. «Голодающие» живут в западноберлинском районе Шпандау, на Паульштернштрассе, 26. Их уютный дом с просторными комнатами, спальнями мальчиков и девочек, кухней, тренажерами, джакузи, комнатой для бесед с психологом на самом деле занимает небольшую часть огромного ангара фирмы, поставляющей запчасти для катеров и яхт. Вокруг звуконепроницаемых стен дома вертится огромная махина телепроизводства — режиссерская студия с полусотней мониторов, студия монтажа, студия оцифровки и передачи сигнала в Москву, библиотека отснятых кассет, склад запчастей на все случаи съемок, столовая, душевые, офис с двумя десятками столов и компьютеров. Более 150 человек работают в три смены.

В берлинскую студию «Голода» я попал в пятницу, за пару часов до очередного голосования зрителей. Голосование игроков, определяющее, кому следует уйти, проходит каждую неделю, но решение игроков — не окончательное. «Изгнанник» может «вызвать на дуэль» еще одного участника, и уже телезрители окончательно решат, кому уйти. По просторным помещениям студийного ангара кто-то просто ходил, а кто-то и ездил на роликах. Повсюду схемы и объявления: графики дежурств, схемы работы телекамер и операторов, просьба не шуметь, запрет спать на диванах, расписание автобуса, развозящего по гостиницам (всего съемочная группа живет в трех отелях), запрет привозить в гостиницы на побывку родственников.

В офисе висят фото всех участников с именами: в начале съемок, пока группа не выучила, кто есть кто, сверялись по этим фото. «Мы сразу запретили использовать профессиональный термин „хомячки“ по отношению к нашим игрокам», — говорит продюсер съемочной группы в Берлине Мария Шабат. На этот раз участников не везли в Москву, а сняли «дуэль» двух кандидатов на выбывание прямо в доме. У большого телевизора в просторном зале собиралась посмотреть московский эфир «дуэли» приличная часть съемочной группы — всем было интересно, кто же из игроков вылетит. В офисе лежит листок с графиком на вторую половину дня: «В 15 часов игроки собирают свои вещи и оставляют их на верхней полке шкафчиков… В 17 часов 15 минут вещи выносятся из дома. Вещи проигравшего укладываются в «Мерседес», стоящий у входа…» Дуэль проходила между Сашей Комовым и Ксенией Козловой. После эфира на Владивосток Александр Комов лидировал.

Трансляция «дуэли» на Москву начиналась в 19 часов по берлинскому времени. За 15 минут до конца «дуэли», в 19:44,  его чемодан пронесли мимо меня на улицу. Отставание от соперницы, Ксении Козловой, составляло 1500 голосов, отыграть которые было уже невозможно. Самого проигравшего вывели через изолированный выход — он так и не увидел этого огромного механизма, работающего на шоу.

Механика шоу

Изоляция игроков от внешнего мира — одно из условий игры. Огороженный четырехметровой сплошной стеной мини-дворик, в котором участники могут подышать свежим воздухом, упирается в длинный забор. Так что хотя до ближайшего метро — пять минут пешком, изоляция от городских шумов полная. Всего в 20 метрах от дворика — служебный вход в ангар, но там объявление на русском и немецком, запрещающее издавать любые звуки при выходе на улицу. Когда участники выходят в город, сайт «Голода» настраивается таким образом, что на него нельзя зайти с компьютера, находящегося в Берлине: то есть, например, из берлинского интернет-кафе игрок не сможет узнать, каков его рейтинг у телезрителей. Во время выездов двоих игроков на пятничную «дуэль» в Москву к ним не подпускают даже родителей, живут «дуэлянты» под охраной в подмосковных пансионатах (причем, в разных).

События в доме фиксируют 32 камеры, 50 микрофонов. Часть камер находится внутри дома и управляется дистанционно — они довольно шумно вертятся вслед за игроками. Другая часть — за зеркалами, которыми полон дом. Эта, зазеркальная, часть дома — зона ограниченного доступа. У входа сидит дежурный, который отбирает у входящих в зону мобильные телефоны. Все затемнено: спускающаяся сверху черная ткань образует узкий коридор, единственный источник света в котором — свет из-за зеркал. За камерами стоят операторы, которых меньше, чем камер, при необходимости они переходят от одной к другой. Делают это осторожно: хотя и считается, что зеркала свето- и звуконепроницаемы, соблюдается тишина.

Фанаты первого реалити-шоу «За стеклом» на своем сайте назвали «Голод» вторым настоящим реалити-шоу. Потому что «Последний герой», «Фабрика звезд», «Гарем» и многие другие, появившиеся после того, как в ноябре 2001-го наделала шуму 30-дневная «застекольная» эпопея, это все-таки шоу про шоу. Участники там — артисты, модели, прочие шоумены или те, кто желает ими стать; обстоятельства шоу — предельно экзотические, а все события сперва снимаются от начала до конца, потом монтируются и лишь затем преподносятся зрителю. «Голод» показывают с задержкой всего на три дня, участвуют в нем до того никому не известные добровольцы. Да и цели их понятны и близки каждому — заработать на хлеб насущный.

Сама идея шоу — отправить игроков зарабатывать деньги за границу, без знания языка — оригинальная, она придумана продюсерами ТНТ Марией Шайкевич и Дмитрием Троицким. Форма — круглосуточное наблюдение в замкнутом объеме — взята из классического, первого в мире голландского реалити-шоу «Большой брат» («За стеклом» было его копией). «Но у классического шоу, простого сидения в доме под присмотром камер, был серьезный изъян — непонятно, чего они там сидят? Молодым людям вообще не свойственно сидеть дома, — считает шеф-редактор „Голода“ Алексей Косульников. — Их выходы в город на заработки делают ситуацию более естественной».

Но в походах «голодающих» за заработком по берлинским улицам есть и еще кое-что, привлекающее зрителя. За последнее десятилетие сотни тысяч уехали из страны. Для очень многих эмиграция имела экономическую подоплеку. Значит, над тем, чтобы махнуть на все и податься на благополучный Запад, думали миллионы. Шоу дало им возможность посмотреть, как бы это могло быть. А кроме того, ситуация шоу вполне естественна — в конечном счете, каждый строит свою жизнь как карьеру, позволяющую дорасти до уровня определенной материальной обеспеченности… А здесь 19—25-летние участники получают возможность пройти этот путь за 100 дней. Вообще-то Берлин — город для случайных заработков не самый простой. Строгие законы: даже чтобы просто петь на улице, надо получить разрешение специальной комиссии городских властей. «В Риме было бы проще и веселее», — замечает Мария Шайкевич. Зато помогли русские берлинцы, смотрящие «Голод» по спутниковым тарелкам: кто пригласит на русской дискотеке за деньги попеть и потанцевать — на звезд берлинского «застеколья« слетается нашеязычная молодежь всего города, кто — помыть витрину своего суши-бара, чтоб название было хорошо в кадре видно, а кто и просто вина попить с берлинскими сквоттерами в заброшенном доме.

Человеческий фактор

Но какие бы ни были внешние обстоятельства, главным в любом реалити-шоу остаются сами участники. «Голоду» с ними повезло. Практически каждый из тех, кто остался ко второй половине шоу, как хороший голливудский актер может «держать кадр» одним своим присутствием. Сравнение со всеми тремя сериями «застеколья» (если вы забыли: второе было про создание кафе, а третье — про службу в армии) напрашивается — на их участников нельзя было смотреть без недоумения или жалости: плоские персонажи, изо всех сил старавшиеся понравиться публике. «Какие-то недолюбленные они, бесприютные», — сказала о них одна из телезрительниц.

Участники «Голода» выросли в семьях, где детей по-настоящему любили. Двое игроков, которые в детстве были лишены родительской любви (один вырос в детдоме, другая была у матери нежеланным ребенком), оставили шоу достаточно рано. «Голодающие» привыкли к тому, что их любят, и это позволяет им и в игре не превращать свою принудительно-совместную жизнь в коммуналку. Они даже выработали для себя основное «честное правило»: голосовать не в интересах стратегии победы, а только на основе личных отношений: «нравится — не нравится», «дружу — не дружу». В финал, где зрители выберут победителя, попадают трое. В результате, когда осталось четверо игроков, самой яркой интригой стали их мучительные поиски справедливого решения (на самом деле не существующего) — кого же вывести из игры до финала.

Кстати, читают участники в своем доме не самые худшие книжки. В их руках были замечены «Гиппопотам» С. Фрая, «Парфюмер» П. Зюскинда, «Гопники» В. Козлова, «ДПП» В. Пелевина. Сама съемочная группа испытывает особые чувства к игрокам (хоть те об этом и не подозревают). «Поскольку наши переживания и личная жизнь подавлены большим количеством работы, — сказал режиссер монтажа Алексей Акимов, — то наши эмоции невольно замещаются эмоциями участников. От них к нам пристает много их словечек, фраз и шуточек». Не один и не два сотрудника признавались, что во сне иногда вдруг оказывались внутри дома вместе с игроками, что они, кажется, знают игроков лучше, чем те — сами себя.

Участников — и тех, кто уже вышел из игры, и тех, кто еще выйдет из берлинского дома, — ожидает поначалу одно и то же: встречи с незнакомыми людьми, которые вдруг почему-то считают их своими хорошими знакомыми. Они понимают, что первые месяцы после программы надо использовать для собственного продвижения в этой жизни. Но понимают и другое. «Как ты думаешь, сколько о нас будут помнить?» — спросил участник Шура у участницы Гали. «Ну, месяцев шесть, — ответила Галя. — А потом: где-то я видела этого парня… В „Последнем герое“? Или в соседнем магазине?».