Playboy о «Голоде»

Срыв у Ксюши

Как снимали финал «Голода»


Я по-прежнему считаю, что в финале не было достойных главного приза, однако не могу не признать, что наиболее достойно из всей троицы держался Никита. Мой прогноз на основании увиденного и услышанного: ТНТ отдаст победу или Константинову, или Козловой, они еще не решили.

14 февраля — красный день календаря. Ибо день всех влюбленных. Ибо наконец-то происходят съемки триумфального окончания проекта «Голод», эфир которого состоится в день всех влюбленных. Ибо удивительное количество красных-оранжевых-вишневых-розовых одежек в студии, красный с ног до головы Витас, даже подарочный пылесос — и тот красный. Ибо мы пробились на входе, несмотря на все немыслимые преграды, и вытерпели все шесть часов, половина которых ушла на взятие пятой студии приступом, другая половина — на томительное ожидание начала и лицезрение самих съемок. Ибо обстановка на этих съемках была раскалена докрасна. Ибо это были самые интересные и самые сложные съемки за всю коротенькую историю «Голода».

Неорганизованность и хаос — основной лейтмотив этого вечера. ТНТ-шники не стали мудрствовать лукаво и пригласили не только друзей и родственников участников проекта, но и практически всех, кому не лень ехать до Останкино. Огромная толпа оккупирует вход в пятую студию, постепенно продвигаясь все ближе к заветным оранжевым сидениям, и напрочь отказывается сдавать с трудом завоеванные позиции. Когда стоящие впереди всеми правдами и неправдами пробиваются внутрь, добрая половина сидений уже занята. Однако выбывших участников и многих их близких там пока не наблюдается, из чего можно было сделать элементарный вывод: даже при условии плотного размещения зрителей по проходам и ступенькам, почти вся толпа отправится по домам. Почувствовав это, задние все энергичнее напирают на передних, но администраторы не торопятся никого рассаживать: с отдельного входа продолжают прибывать опаздывающие «свои», которых нужно расквартировать по сидениям в первую очередь.

Когда в студии констатируется полный аншлаг, призванные для обеспечения порядка милиционеры выгоняют тех, кому не повезло прорваться, что вызывает очередную волну негодования. Самым стойким позволено наблюдать за происходящим с той стороны, где обычно находится технический персонал и операторы. Мне достается укромное, не доступное для камер местечко в уголочке, напротив которого выстроены призовые «Три корочки» (двенадцать — почему-то не тринадцать — подарочных коробочек для всех участников). Помимо обоих родителей Козловой, в зале присутствует папа и друзья Комова, брат Константинова с женой и его мама, невероятно похожая лицом на Настю, Бэлла и компания, среди этой компании Эдик, признавшийся, что Никита — его любимый персонаж в «Голоде», и посему примкнувший в лагерь Бэллы.

Выбывшие участники проекта прибыли по расписанию и коротают время, раздавая автографы и фотографируясь со всеми желающими, коих набралось немало. Особенно активны Люба, Яна и Карина, покинувшие проект в его первой половине и стремящиеся урвать последние дивиденды со своего заточения в Берлине. Карина одета в ярко-красное платье, несколько мешковатое в области талии и эффектно подчеркивающее стройность ее длинных ног, черные колготки в сеточку и туфли на шпильках; цвет ее волос сменился с ярко-рыжего на светло-желто-бежевый, прямые волосы ниспадают на спину, челка зализана назад, на мой взгляд, не самая удачная находка стилистов. У Любы непонятного цвета обтягивающее платье, подчеркивающее ее необычайную худобу, и забавные колготки, которые выделяются не меньше яркого платья Карины. Люба стонет на всю студию о том, что стилисты «испортили ей прическу», приподняв волосы на затылке (что со стороны смотрится весьма эффектно), и грозится «зализать все назад, как было». Яна имеет безупречный макияж и все ту же прическу в стиле Барбрары Брыльской с привычно темными корнями; на ней джинсы и рюшечного типа вишневая кофточка, придающая ей женственность.

Сюткина наконец рассталась с темными корнями, покрасилась в ярко-медный цвет, сделала два хвостика и облачилась в ярко-голубую блузку с плечами навыпуск и брюки. Гале вернули ее волосы доголодного периода, она одета неброско и не изменяет своему традиционному брючному стилю. Скромница Настя не стала обращаться к стилистам, в обычной черной маечке и джинсах она выглядит довольно простенько на фоне остальных девушек. Игорь Камаев одет в белый костюм, контрастирующий с темным костюмом Комова. Сильно (нечеловечески!) исхудавший Зурико имеет молодежный прикид, привлекающий к нему внимание молоденьких девочек, впрочем, ему это внимание приятно, он c удовольствием общается с поклонницами. Влад в ярко-желтом пуловере и видавших виды джинсах, с ним худенькая длинноволосая брюнетка в красном. Выбывшие участники занимают места в самой показываемой части зала, и лишь один Зурико почему-то посажен через проход от них, особнячком.

Завидев Сюткину, Эдик спрыгивает с верхней трибуны и подбегает к ней, они обнимаются на публику, после чего возвращаются на свои места. Похоже, любовь прошла, помидоры завяли; Сюткина настоятельно рекомендует Эдику держать рот на замке и не распространяться на тему их так и не начавшегося романа, но тот, похоже, и сам решительно настроен на полное молчание. Вспоминается дуэль трехнедельной давности, когда Сюткина не имела ни малейшего сомнения по поводу их помолвки в студии 14 февраля…


Народ уже давно рассажен, но съемки все не начинаются. Уткин расхаживает по сцене в обычной одежде, жалуясь на то, что его гример задерживается, авместе с ним задерживается и доставка костюма: «Костюм-то недолго одеть, но наложение грима займет уйму времени!». Через некоторое время эта проблема решена, Вася в костюме и с матовым цветом лица, но тут начинаются проблемы технического характера: «Толкаясь на входе, вы затоптали нам все кабели, и теперь мы не можем наладить звук». Уткин нервно расхаживает по залу с периодически отключающимся по техническим причинам микрофоном, пытаясь разрядить накаленную атмосферу шутками: «Я НЕ знаю, я НЕ понимаю, почему не работает звук!», — шутит он, выделяя «не» на манер Козловой. Кабели чиниться не хотят, звук по-прежнему не ахти, и технический персонал мечется в ужасе, выясняя друг у друга по громкой (слышной во всей студии) связи, что же делать. Уткин обращается к ним: «Эй вы там, наверху, отожмите кнопочку, мне надоело слышать в своем ухе ваши идиотские технические переговоры!», после чего горестно констатирует: «Меня слышат, но не хотят слушать». Ему приходится привлечь к себе внимание мобильной камеры на кране, он высказывает свою просьбу туда, и «внезапно ожившая» камера начинает реагировать на его слова, кивая да и нет, а также застенчиво отворачиваясь.

Женская половина выбывших участников слезно просит отпустить ее в туалет, но их отпускают не сразу, в надежде на то, что оборудование удастся быстро наладить. Когда техники понимают всю безнадежность ситуации, дорога к туалету оказывается открытой, и инициаторы этого похода — Сюткина, Настя и Люба — рвут когти в сторону выхода, увлекая за собой по очереди практически всех остальных выбывших. Примерно через полчаса они наконец возвращаются. Уткин спрашивает Камаева, не забрызгал ли тот часом свой белоснежно-кремовый костюм, Камаев приподнимает полы пиджака, демонстрируя свою невиновность. Уткин шутит на тему того, что обычно забрызгивается область коленок, а не то, что тот показал.

Уткин заявляет, что мы станем свидетелями самого неожиданного эфира за всю историю «Голода» — рекордсмена по количеству технических накладок и проблем. «В то время, как некоторые из приглашенных еще не прибыли, другим уже пора уходить, и вы сейчас увидите окончание передачи, группу „Звери“, — говорит он. — Правда, мы не можем выпустить на сцену тройку финалистов, поэтому „Звери“ выступят спиной к зрителям, якобы лицом к финалистам». Вопреки его оптимизму, группа не собирается ждать разрешения технических проблем и покидает студию. «Ничего страшного, „Звери“ ушли, но у нас еще припасены „Жуки“…».

Уткин рассказывает о том, что почти по всей загранице «Голод» идет с двухнедельной задержкой, да еще и в разное время (отличное от московского), поэтому нередки случаи, когда по окончании очередной дуэли (скажем, Никита—Галя) люди звонят на ТНТ и говорят: «Мы хотим проголосовать за Комова!». И когда узнают, что дуэль Комов—Сюткина была две недели назад, а теперь нужно голосовать за Никиту или за Галю, искренне удивляются и просят рассказать, кто победил на новой дуэли.


В начале одиннадцатого, когда предыдущие дуэли обычно подходят к концу, съемка финала наконец начинается. На этот раз ТНТ предоставляет «Голоду» час десять эфира, что составляет полтора часа с рекламами (в отличие от обычного часа передачи с 45 минутами «чистого» времени). Основная часть финала снимается сегодня; в субботу, 14 февраля, в студии вновь соберутся зрители, они посмотрят смонтированный ролик вместе с телезрителями и примут участие в десятиминутном прямом эфире, во время которого будет определен и коронован победитель проекта.

Уткин начинает — и проигрывает: на первой же минуте съемок обнаружен дефект звука, начало придется записывать снова. Первой финалисткой объявляется Ксения Козлова; интересно, увидим ли мы ее характерный трейдмарк — пестрые гетры? Интуиция не подводит, Козлова чинно вышагивает твердой походкой в гетрах в черно-розовую полоску в комплекте с туфлями на шпильках и в такого же плана майке-безрукавке, сексуально обтягивающей роскошные складки на животике. На ней также черная короткая юбчонка, едва прикрывающая зад, и намозолившие глаза кольца в ушах. Новоиспеченная женщина-вамп вальяжно раскладывается на центральном стуле, по-домашнему облокачиваясь на спинку, и не снимает свою высокомерную маску-улыбку с широко распахнутыми (для пущей красоты) глазами все два с половиной часа съемок. Уголки рта лишь несколько раз истерично подергиваются, когда ее периодически опускают зрители и соратники по финалу, но до слез дело не доходит.

Уткин спрашивает Козлову: «Как дела, как самочувствие?» — «Хи-хи!» — «Ксюша, все участники нашего проекта активно похудели, на сколько килограммов похудела ты?» — «Хи-хи-хи! Хи-хи!». После нескольких минут просьб Уткина поведать нам эту страшную тайну, Козлова нехотя признается: «Я похудела не настолько, насколько хотелось бы». Уткин продолжает допрос: «Ксюша, ты уже выиграла поездку в Лас-Вегас, может, хватит с тебя призов? Может, уступишь главный приз другим двум финалистам?» — «Я выиграла по-честному, и главный приз мне тоже не помешает!». Нам показывают ролик о ее жизнедеятельности в проекте, на этот раз нарезки раза в три длиннее обычного: кувыркания с Владом по всему дому, подкроватные приключения, эксклюзивный номер на столе после первой пьянки, насильное приведение в чувства в душе после очередной пьянки и т. д. Комментарий Козловой: «Во время игры я не потеряла чувство собственного достоинства!».

Вторым заходит Константинов. На нем привычные безразмерные видавшие виды офигенские штаны и не менее офигенский вельветовый пиджак песочного цвета. Уткин обреченно обращается к нему, стоит ли вообще его о чем-либо спрашивать, на что тот отвечает либо односложно, либо «Я не понял вопроса, повторите». Показывают нарезку, главной темой которого, как этого следовало ожидать, становится его заваливание на девушек.

Последним на ринг приглашается Никита. Его нарезка в основном повторяет предыдущую недельной давности с небольшими дополнениями. Забавные моменты: переодевание Никиты и Комова в женское обличье, после чего Никита демонстративно кричит на камеру: «Я не педик!». Фэнклуб Никиты, как обычно, размахивает розовыми плакатиками и наиболее активно аплодирует в поддержку своего кумира. Уткин спрашивает, какова потеря веса, Никита отвечает, что все потерянное уже набрал назад.

Уткин обращается к первым выбывшим, предлагая им обнародовать свои симпатии к кому-нибудь конкретному из финалистов. Зурико желает победы Константинову, Настя выступает за Козлову, а Люба, надо думать, за Никиту (ведь он же не изменял ей ни с кем, кроме Бэллы, а с Бэллой у нее чистая и искренняя дружба). ТНТ заранее договорилось с ней, что после своей речи она выскочит к Никите обниматься — Люба действительно подбегает к Никите, но счастливого воссоединения не происходит, она всего лишь кладет перед ним на стол розовую листовку, отпечатанную фэнклубом. Уткин обращается к Любе: «Ты всегда говорила, что пошла на проект ради поиска большой любви. Нашла?» — «Была…», — горестно отвечает Люба. «То есть как »была«? А теперь что, уже нет?» — «Ну… Пока непонятно. Я не знаю», — безнадежно выдыхает Люба.


Нашему вниманию предлагается хит-парад: пятерка самых любопытных способов заработков. Пятое место: в первые дни существования проекта Влад и Зурико побираются по квартирам берлинского дома, звоня в двери и доставая добропорядочных граждан своим заунылым «Гив ми мани, блин». Четвертое место: стриптиз Любы в ночном клубе. Третье место: Яна и Сюткина поют на улицах, в том числе в виде плейбойских зайчиков. Второе место: Никита и Константинов копаются на свалке металлолома. Первое место — Александр Комов и разгрузка угля — вызывает шквал одобрительных аплодисментов. Уткин обращается к чемпиону: «Как же так ты просчитался, ведь ты с самого начала был уверен в том, что победит… ты!». Комов захвачен врасплох, волнуется, но отвечает спокойно и вразумительно: «Я никогда не говорил, что уверен в своей победе, я всего лишь мечтал о победе, ведь мечтать не вредно!». На стандартный вопрос Уткина, кому бы он желал победы, Комов отвечает: «У меня есть свои симпатии, но я предпочел бы не оглашать их до окончания голосования». В продолжение беседы элегантно-галантный Комов дарит всем семерым девушкам проекта «Голод» по роскошному букету роз в честь 14 февраля.

Уткин говорит, что до своего выбытия из проекта Яна заработала больше всех денег, и обращается к ней. Яна, сильно сдружившаяся с Любой после вылета из проекта, также считает, что должен победить Никита, и скромно сообщает о том, что весьма успешно записывает в студии свой первый альбом, но название песен и самого альбома - это большой-большой секрет. Уткин удивляется такой скрытности и спрашивает, нашли ли они продюсера, на что Яна отвечает, что пока ищут. Уткин удивляется еще больше: «Ведь обычно сначала находят продюсера, а ПОТОМ начинают записываться в студии!». Яна отвечает, что у них все наоборот, и Уткин напоследок желает ей, чтобы и продюсер у них тоже был «наоборот».

После разговора с Яной Уткин адресует свой следующий вопрос Козловой: «А почему ты так мало зарабатывала в рамках проекта?». Та парирует: «Неправда! Ведь когда Яна пела в клубе, это Я собирала деньги, значит, это Я зарабатывала их!».

Уткин спрашивает у зрителей: «Почему те, кто успешнее всех зарабатывал деньги, выбыли из проекта, а в финале мы видим тех, кто почти ничего не заработал?». В ответах звучит нечто вроде того, что зрителям интересны не деньги, а человеческие качества участников.

Какой-то стандартный вопрос Карине (что-то вроде «Зачем было приходить на игру, если по-быстрому слиняла»), на что она выдает, что устала отвечать на одни и те же вопросы. Уткин говорит, что последний раз задавал этот вопрос довольно давно, возможно, с тех пор ее мнение изменилось… И снова поражается немногословию выбывших участников. Карина признается, что желает победы Никите, и Уткин нехотя оставляет ее в покое.

Уткин: «Влад, ты по-прежнему остаешься для меня самым неразгаданным персонажем проекта. Ты единственный из всех выбывших участников мужского пола, кто пришел сегодня с девушкой. Расскажи нам о ней» — «А что вы хотите знать?», — нехотя и раздражительно отвечает Влад, жующий жвачку вопреки настоятельным просьбам выплюнуть ее. «Ну, хотя бы следующее — как ее зовут, давняя ли это твоя знакомая или же вы познакомились после Голода?» — «Девушку зовут Ася, мы знакомы очень давно, но только после проекта я понял, что она для меня значит». На более продолжительную беседу как всегда помятый и раздраженный Влад не настроен. Уткин обращается к Козловой с просьбой прокомментировать, та усиленно делает пофигистичный вид: «Я очень рада за Влада».


Внезапно в студии появляется «рояль в кустах» Витас; похоже, его появление никак не было запланировано, и даже сам Уткин озадачен. Возможно, он «проходил мимо» пятой студии с других съемок и был случайным образом отловлен взамен слинявших «Зверей». Витас одет во все красное с ног до головы: костюм, рубашка, галстук, ботинки, возможно, даже носки. Худосочный озорной мальчишка на первый взгляд, Витас улыбается своей очаровательной кошачьей улыбкой и декламирует любовную лирику, смысл которой сводится примерно к следующему: «Я говорил, что люблю тебя… Я солгал. Мы с тобой — единое целое». Затем следует премьерное исполнение его новой лирической песни, вопреки моим ожиданиям, не живое, демонстрируя прекрасно поставленную актерскую игру с подвижной камерой. По окончании фонограммы Витас испаряется столь же внезапно, как и появился, оставив после себя в студии легкий аромат романтики.

Уткин предлагает обсудить конфликт Никиты и Козловой и показывает нарезку на эту тему: Никита обвиняет Козлову в том, что она вечно все перевирает — слова песен, слова из фильмов и мультфильмов, неправильно говорит по-русски, всячески его раздражает и т. д. В конце нарезки Козлова признается Гале в своей симпатии к Никите, а также говорит о том, что он такой злой только тогда, когда с ним рядом Шура. Уткин обращается к Козловой: «Как ты думаешь, почему Никита тебя так не любит?». Она нервно передергивается и предлагает не выносить сор из избы, но Уткин не сдается, его не устраивает, что участники постоянно уходят от ответов. Наконец ему удается выжать из расстроенной Козловой банальное «я не знаю». Ничуть не смущенный Никита отвечает следующим образом: «Мне по-прежнему неприятна Ксения, и я очень рад, что после сегодняшней съемки мне больше не придется терпеть ее присутствие». Натянутая улыбка на минуту сползает с лица Козловой, но она быстро берет себя в руки и возвращается к безмятежно-самодовольному имиджу, видимо, подсказанному ей стилистами на весь финал.

Уткин обращается к залу с любопытно сформулированным вопросом: «Неприязнь Никиты к Ксении — что это за история?». Зал напряженно вдумывается в вопрос и молчит. Наконец поднимается пара рук, и Уткин предоставляет слово нескольким желающим. После них высказывается приглашенный гость (любимый писатель Никиты — спецподарок ТНТ), Никита благодарно стреляет глазками в сторону Бэллы, организовавшей этот подарок. Писатель долго и упорно рассуждает на тему, почему одни люди неприятны другим, умело используя малоизвестную терминологию, которую не понимает не только большинство собравшихся, но и сам Уткин, пообещавший посмотреть на досуге незнакомые слова в толковом словаре. В переводе на простецкий язык, он объясняет эту неприязнь не всегда уловимыми запахами и флюидами, исходящими от некоторых людей, которые иной раз на подсознательном уровне улавливаются другими людьми и вызывают отторжение. Никите предлагается задать любой вопрос кумиру, он тушуется и в результате выдает: «А подарите мне свою книжку с автографом!».


Теперь нам показывают хит-парад скандалов проекта «Голод». Последние дни Комова в Берлине, когда он позволил себе высказать Никите все, что о нем думает, что спровоцировало Никиту на очередные нападки на него. Знаменитая битва Комова и Сюткиной на вилках. Выдворение Зурико из проекта при активном участии Никиты.

Уткин: «Наташа Сюткина, обращаюсь к тебе как к общепризнанному чемпиону по организации скандалов…». Сюткина: «Может, хватит меня уже с негативной стороны обсуждать и показывать? Не буду отвечать, отвалите все!». Уткину приходится срочно замять тему.

Показывают пять самых ярких моментов проекта. Сюжет из программы «Двери», когда Галя играла девочку-обезьянку с большими ушами и тяжелым слухом, обретшую семью в лице небритого куряги — портового грузчика в блестящем исполнении Козловой. Уникальный случай единения Никиты и Комова, переодевание в женскую одежду и нанесение макияжа. Видеоклип на песню «Сотовый телефон», снятый Никитой, в котором Галя сыграла две женские роли, Козлова — две мужские (небритый азер и негр). Что ни говори, а мужские роли Козловой удаются великолепно. Последствия первой пьянки Козловой, когда она ходила по всему дому с микрофоном и материлась, периодически заползая на стол и взбрыкивая оттуда копытами. Игра в съемки дуэли, когда в роли Уткина выступил Никита, а сам Уткин присутствовал на заднем плане: финал, черная комната, Никита-Уткин, Константинов-Никита, Галя-Козлова; Никита говорит, что голосование закончилось со счетом 1:1; ну что, кому отдадим победу? Галя-Козлова хихикает, Константинов-Никита отвечает: «Мнееее!», Никита-Уткин: «Неправильно, все деньги забираю я!».

Уткин интригует публику: «Сейчас мы вам покажем сюжет с участием двух неординарных персонажей…». Эдик нервно ерзает в испуге, что сейчас будут обсуждать его роман с Сюткиной, но этого не происходит; нам показывают акустический вариант песни «Батарейка», исполненный Константиновым и Сюткиной, после чего на сцене появляются авторы этой «нетленки», группа «Жуки». Техники приносят две микрофонные стойки — для гитариста и аккордеониста, вокалист располагается между ними и сразу деловито интересуется: «А говорить когда — до или после?». Ему предлагают высказаться «после», но это его не останавливает: он пускается в длинные тирады, повествуя о том, что совсем не смотрит телевизор, так как по совету Бориса Гребенщикова два года назад выкинул его в окно, не пользует мобилу и прекрасно живет, не зная хлопот. «А где здесь дырка? Куда петь?», — не унимается вокалист, и ему указывают на подвижную камеру, приготовившуюся к записи. «Кто здесь пел нашу песню?» — вопрошает он с явным намеком на то, что сейчас мы увидим нечто неординарное. «Ты?» — Сюткину вычислить не представляет труда, она единственная по-настоящему рыжая на весь зал. «И ты?» — Константинов кивает. Вокалист подходит к нему, жмет руку по-дружески и замечает, что справа еще двое сидят. Он подходит к Козловой и целует ей руку, затем переключается на Никиту — и тоже целует руку, публика в восторге, буря оваций, зал наконец проснулся. «Ладно, мы начинаем, только если зрители помнят слова, пусть поддерживают». К моему огромному удивлению, «Жуки» поют живьем — и это первое нефанерное выступление за всю историю «Голода». Вокалист поет одну строчку сам, другую дает спеть залу; подходит к Константинову и дает микрофон ему, переходит к Козловой — та не знает слов и молчит. Следующий Никита, уже поеживающийся в опасении новых домогательств в свою сторону; ему достаются последние слова припева: «У любви у нашей села… что?» — «Батарейка? Угадал?». Разошедшийся не на шутку (вполне возможно, что не шибко трезвый) вокалист »идет в народ« и поднимается по ступенькам, здороваясь со зрителями, и с грохотом падает со ступенек, попутно ломая декорации. Организаторы с ужасом хватаются за головы, но вокалист ничуть не смущен: «У меня еще третий куплет остался!». Вот только слова не помнит, просит подсказку из зала… По окончании этого забавного выступления Уткин говорит, что второго дубля не будет, так как в этом случае от студии вообще пустое место останется. «Жуки» откланиваются и отбывают в неизвестном направлении.

Показывают трогательный сюжет о Зурико, он рассказывает о том, как сильно проект изменил его, как он внимательно следил за развитием событий в Берлине и как теперь любит всех, кто некогда изгнал его из проекта. Особенно душевно благодарит Влада за то, что тот обогатил его духовно и способствовал позитивным переменам в его душе. Теперь он живет то у сестры в Подмосковье, то в Перми, вот и сейчас тоже собирается возвращаться в свой родной город и там остаться навсегда.


Техническая заминка, связанная с необходимостью поменять кассеты в видеокамерах. Уткин попутно замечает, что в трех из четырех случаев необходимости отснять второй дубль были виноваты проблемы со звуком, на качество которого влияют невыключенные мобильные телефоны. Тем, кто не хочет добровольно отключить мобильник, угрожают вычислить их с детектором и выкинуть из студии при помощи милиции. Народ нервно суетится и лезет по сумочкам и карманам избавляться от криминала. Особо одаренные девушки пользуются перерывом в корыстных целях: «Комов, встань и повернись, мне нужно тебя сфоткать!».


Между делом Уткин вновь возвращается к теме продажи футболки голодающих на Молотке.ру, когда один предприимчивый мальчик до упора поднимал цену, гнусно воспользовавшись компьютером и счетом своего родственника, в результате чего купил футболку не за 80, а за 10 тысяч деревянных; по всей видимости, мальчика ожидала суровая расплата за совершенное преступление в виде побоев и нравоучений со стороны старших, однако благодаря ему трое финалистов поехали в Гамбург, за что ему выносится устная благодарность.

Уткин предоставляет слово всем желающим напоследок высказаться в адрес голодающих — обычно это никогда не входит в передачу, но дает возможность присутствующим «выпустить пар». Девочка-подросток признается в любви к Константинову: «Особенно мне нравится твоя программа Двери!», на что Уткин иронизирует: «Смотрите-ка, его не только парни любят, но еще и маленькие девочки! Любви к Шуре все возрасты покорны!». Бэлла и сотоварищи, как всегда, настаивают на предоставлении слова их фэнклубу Никиты. Один забавный мужчина с глухим голосом начинает высказываться положительно то ли о Константинове, то ли о Никите, но сбивается на откровенно злобные реплики в сторону Козловой, и Уткин призывает отнять у него микрофон, предлагая говорить только за, а не против.

На дальней трибуне есть несколько желающих, Уткин выбирает «юношу в жилетке», мотивируя это тем, что «я чувствую, ему есть что сказать». Юноша начинает позитивно говорить о Константинове, внезапно вставляет, что хочет еще кое-что сказать лично Ксении: «Ты лживая сука, фальшивая, плохая актриса, которых везде полно». Все присутствующие шокированы, по залу проходит удивленный шепоток. У Козловой жалкий вид, она готова разрыдаться, это заявление прозвучало весьма неожиданно и грубо. Уткин: «Молодой человек, вы не джентльмен». Козлова постепенно приходит в себя и просит дать ей возможность оправдаться, на что Уткин ей отвечает: «Женщина не должна отвечать на подобные заявления». Козлова настаивает и в качестве оправдания пафосно изрекает: «Не судите, да не судимы будете».


Время уже за полночь, пора расходиться, финалистам предоставляется последнее слово. Константинов должен говорить первым, это его напрягает, и тогда Уткин кидает ему «подводку»: «Как ты думаешь, кто должен победить сегодня?». Константинов мнется: «Я хотел бы, чтобы победил Никита… Ксения знает, как я к ней отношусь, она недостойна… И вообще… в проекте победит… я!». Бурные аплодисменты. Никита говорит о том, что ему не важен этот главный приз, свой главный приз он уже получил в виде Бэллы (трогательный взгляд на Бэллу). Уткин вопрошает: «В начале проекта вы оба отнекивались, что между вами нечто большее, чем дружба, как же объяснить, что теперь вы чуть ли не самые влюбленные на свете?» — «Просто мы с Бэллой одно целое, — отвечает Никита. — Результат неудачного медицинского эксперимента. А что касается победителя… Мне кажется, должен победить Шура. Хочу процитировать Александра-Комова старшего: в этой игре должно победить добро». «А ты сам что, не добро?» — не унимается Уткин. «Да вы что, я — само зло!», — отшучивается Никита.

Финальные слова Уткина — и, как обычно, два дубля на версию для регионов. В половине первого режиссер наконец отпускает изрядно уставших людей. Первыми выходят финалисты; Козлова пытается прорвать оборону охраны и воссоединиться с родителями, а Никита тянется к Любе. Ему удается прорвать оборону и слиться с Любой в любовном экстазе на несколько секунд, после чего его все-таки выводят. Толпа рвется к выходу не менее рьяно, чем четыре часа назад рвалась ко входу. Те, кто еще не успел сфотографироваться и взять автографы у «звезд», ловят свой последний шанс. К часу ночи в Останкино почти никого не остается; разве что только Бэлла и Люба в окружении поклонников оседают в кафе на первом этаже, да Эдик стоит на выходе с тусовкой Яны. Клоуны уехали, цирк опустел…